Швейцарские витражи XVI - XVIII веков в собрании Эрмитажа

В 1575 году Иоганн Фишарт — немецкий поэт, и сатирик эпохи Реформации в образцовом произведении литературы гробианизма, в своей блестящей пародии на комический роман Рабле «Гаргантюа и Пантагрюэль» под названием «Die Affentheurlich naupengeheurliche Geschichtklitterung von Thaten und Rahten», которая благодаря неистощимой словесной игре Фишарта оказалась в итоге втрое больше оригинала Рабле, предсказывал: «…на благословенный 1574 обилие воды в Венеции, Страсбурге, Константинополе, в Рейхенау и Линдау, обилие сосновых шишек в области Шварцвальд, львов в Ливии, крокодилов в Ниле, снегов в Альпах, сов в Афинах, мраморной скульптуры в Женеве, китов в Арктическом море, льстецов при дворах, торговцев в Антверпене, Лионе, в Нюрнберге и в Венеции, извести в Шампани, юнкеров в Германии, епископов в Италии и расписных витражей и их изготавливающих в Швейцарии…»

На это остается только добавить – с июня по сентябрь 2010 в Петербурге открыт витражный сезон.

В начале июня на Елагином острове прошла международная выставка «Стекло и керамика в пейзаже», международный фестиваль-конкурс «Французский сад на берегах Невы» в Михайловском саду представил «витражи на траве». И вот с 6 июля 2010 по 5 сентября 2010 в Государственном Эрмитаже проходит выставка швейцарских кабинетных витражей XVI – XVIII веков.

Экспозиция представляет, как сказано в некоторых пресс источниках, «70 лучших швейцарских витражей из собрания Эрмитажа», позволю себе лишь немного прокомментировать эту фразу – выставлены 70 витражей из собрания Эрмитажа, которые на сегодняшний день причислены к швейцарской школе. Среди них показаны пять первоклассных подписных витражей таких швейцарских мастеров как Николаус Вирт фон Вилль (? - 1585), Ганс Эгли (1579 - 1643), Иероним Шпенглер, монограммист S.R., Адам Цумбах (1651 - 1693), можно увидеть витражи очень высокого художественного уровня, своего рода анонимные шедевры такие как витраж епископа Кристофера Метцлера (1565), витражное стекло «Иов на гноище» (1594), витраж Рудольфа Гроба (1616), витраж братьев Херцог мастера из Люцерна Якоба Вегмана (1622), витраж Ханса Хартмана (1637) и многие другие, есть просто ремесленные работы. Меня же особенно порадовало, что были выставлены также витражи плохой сохранности, т.е. те красочный слой которых сильно пострадал из-за многократной чистки, в других музеях такие витражи могли счесть за неэскпозиционные и так никогда и не выставить. Я думаю, что это выставка именно тот исключительный случай, когда можно увидеть эрмитажное собрание швейцарских кабинетных витражей в таком полном объеме. Можно резюмировать - собрание довольно полное, дает прекрасное представление о типологии и развитии, об основных центрах витражного искусства в Швейцарии с XVI по XVIII века.

Что касается самой подачи материала, на мой взгляд создан неудачный выставочный дизайн. Для демонстрации витражей устроен унылый серый коридор, который тянется через три эффектных зала Зимнего дворца, нарушая их великолепие. Сами по себе небольшие по размерам кабинетные витражи, «врезанные» в стены коридора, выглядят пестрыми заплатками, не создано даже намека на естественную среду их обитания. Текст о выставке рассказывает только о витражах, перечислены их типы, дано описание, но эта информация представлена вне связи с историей и культурой Швейцарии, не хватает изобразительного материала, который позволил бы представить эти витражи в среде их «обитания».

Тем не менее сделано очень много – отреставрирован и научно обработан сложный, необычный и редкий для России художественный материал, что является исключительно важным вкладом в развитие русской культуры, а также исследования витражей.

Меня несколько удивила обстановка на выставке. В целом наши граждане оказались не совсем подготовленными для восприятия и принятия этого материала, однако отдельно хочется отметить их интерес и желание понять и усвоить было у очень многих.

Многие из кабинетных витражей заключены в деревянные рамки, что совершенно сбивает с толку посетителей, которые не понимают, что видят перед собой: оконный витраж или станковую картину.

Две интеллигентные дамы, стоя перед одним из витражей живо обсуждали между собой, что же такое надглазурные краски и как это все увязать ни с техникой росписи фарфора, а с витражом. С вопросом, взволновавшим их до глубины души, они обратились к смотрительнице зала, скучающей на стуле, женщине средних лет. В ответ она им довольно резко выпалила, что она смотрительница и не имеет права выдавать никакой информации! Стыдно товарищи, стыдно, было слышать такое в культурной столице нашей родины, да еще и в Эрмитаже.

Другие же зрители, даже после прочтения экспликации были убеждены, что судьба этой коллекции такая же как и судьба золота Трои в Государственном музее изобразительных искусств имени А.С. Пушкина в Москве, т.е. эти витражи такие же перемещенные художественные ценности.

Смотрительницы на выставке вообще зажигают, через каждые 10 минут, можно услышать примерно следующее: «Не подходите близко к витражам, будьте осторожны, там же свинец и ртуть!», намекая при этом на свинцовый переплет витражных стекол. Смешно, но дико, товарищи, дико это звучит!

Витражный сезон в Петербурге продолжается и читайте далее о 25 международном коллоквиуме Corpus Vitrearum International, к которому и была приурочена выставка, или наоборот коллоквиум был приурочен к выставке, а также о выставке «От готики к маньеризму. Нидерландские рисунки XV-XVI вв. в собрании Государственного Эрмитажа», продолжающей тему витражей.